А была ли мягкая сила?

Казахстан в геополитической картинке Центральной Азии: конкурентная идентичность и имидж.

Октябрь 2017 года как внешнеполитический месяц по насыщенности в казахстанском информационном поле, условно, можно назвать «кыргызским», как внутриполитический – «латинским» (речь идет о принятом решении Президента РК Н.Назарбаева о переходе казахского языка на латинскую графику). Остановимся на «внешнеполитическом месяце» и его последствиях.

Выпады действующего президента Кыргызстана в адрес Казахстана, недвусмысленные рассуждения по весьма чувствительным вопросам национальной идентичности, истории, порою сложных даже для самих казахских ученых и где еще ими самими не поставлена точка (Ашаршылык, хан Кене, 1916 год и тд.) не способствовали росту доверия и взаимопонимания в двусторонних казахстанско-кыргызстанских отношениях.

В высказываниях А.Атамбаева надо видеть не столько его личную политическую позицию и внешнеполитические ориентиры как руководителя государства (это несомненно тоже присутствует), но также голос и видение молодых политиков, советников и экспертов в администрации и правительстве Кыргызстана, тех, кому 25-45 лет. То есть поколения, которые в силу возраста, никак не связано с прежними политическими, экономическими, историческими дискурсами государств, входивших когда-то в состав СССР.

Это именно их видение нового Кыргызстана в средне- и долгосрочной перспективе мы услышали в резонансных выступлениях президента А.Атамбаева. Сначала разово - в февральском интервью Евроньюс, затем в выступлениях на протяжении практически всего октября. Они (экспертно-аналитические окружение) молоды, амбициозны, не удовлетворены имеющейся (и/или навязываемой по их мнению) геополитической ролью страны, поэтому начали системно, активно, и главное, публично, применять в прошедшем электоральном цикле политические и PR-технологии, которые в принципе общеизвестны, но традиционно не применялись во взаимных дву- и многосторонних отношениях государствами и их лидерами, в Центральной Азии.

Также ясно и то, что в экспертно-аналитических кругах администрации и правительства соседней страны возобладали голоса аналитических "ястребов", возможно, не связанных и не привязанных ментально, культурно-психологически к долгой позитивной исторической памяти (в том числе советского периода) наших абсолютно подавляющей частью добрых взаимоотношений.

Чем-то иным такой разворот главных десижнмейкеров у соседей объяснить трудно. То ест полагаться на воспоминания и ментальную память о советском взаимопонимании и добрососедстве уже видимо не приходится, так как поколение советских людей, подчиняясь естественному демографическому  процессу, уже замещается/вытесняется на всех уровнях теми, кто родился уже в независимых государствах.

Меры, применяемые по отношению к Кыргызстану, видящиеся казахстанским властям в качестве «симметричного» ответа, не могут быть в долгосрочной персективе эффективными в создании и реализации мультивекторной политики  РК в ЦАР, создании предсказуемого и лояльного окружения по всему периметру границ Казахстана. Более того, если завтра подобные прецеденты повторятся со стороны другх соседних государств, став по сути рецидивами, то как должен и будет реагировать Казахстан? И насколько эффективна такого рода, которую мы наблюдаем, реакция?

Нужно не допустить прецеденту переформтироваться в норму двусторонних отношений. Так как показывает международная практика, это случается сплошь и рядом.

Вывод из этого: Казахстан не может позволить себе роскошь реагировать теми мерами которые мы сейчас наблюдаем, на все выпады, которые гипотетически могут в будущем возникать в соседних по отношению к нему государствах. Для этого эффективно нужно, хоть и запоздало, превентивно применять инструментарий мягкой силы, который позволит превентивно решить многие вопросы, создавать пояс добрососедства, дружбы и лояльности к взвешенной внешней и внутренней политике РК.

В контексте этих событий, помимо логично появившихся вопросов, важными стали следующие: А есть ли у Казахстана мягкая сила? Если есть, системна ли она? Насколько эффективна? Каков образ Казахстана в родимом регионе – в государствах Центральной Азии? Изучается ли эти вопросы системно и последовательно?

Целью статьи не является ответ на все эти поставленные вопросы: они объемны. Целью также не является обзор всего инструментария мягкой силы, которые применяются или могут быть применены Казахстаном. Для специалистов, изучающих тему, они, в принципе, общеизвестны. 

Цель – показать лишь те инструменты soft power, которые могут быть задействованы «здесь и сейчас», относительно экономически не затратны, но при этом – эффективны.

В ряде публикаций можно встретить мысль, что де попытки формировать «мягкую силу» являются во многом сублимацией недоступности силы жесткой. Конечно это не так. Просто в эпоху глобализации картинки о применении кем-то жесткой, чаще военной силы (за исключением оборонительного характера) не прибавляют привлекательности государству-актору.

Для успешной реализации мягкой силы большинство государств начинают со своего ближнего окружения, соответственно для Казахстана - необходимо активнее реализовать инструментарий мягкой силы в первую очередь в регионе Центральной Азии. Вес и влияние в регионе должны сопровождаться и подтверждаться принимаемыми, не отторгаемыми реципиентами в странах региона инструментами мягкой силы.

На наш взгляд, исходя из усложяющейся обстановки в регионе ЦА, нужно сконцентрироваться на создании Казахстаном пояса добрососедства и дружбы в ЦАР через инструментарий мягкой силы. Соответственно, должна перестроиться в диплатических миссиях республики в государствах указанном региона.

Тем более, что в смыслопроизводящих корпорациях (культурном, научном, научно-аналитическом сообществах) государств Центральной Азии есть выраженный социальный запрос на формирование общей, центральноазиатской повестки, прагматичную интеграцию, новое узнавание друг друга.

Профессор Гарвардского университета Джозеф Най и бывший зам.госсекретаря США Ричард Армитидж как теоретически, так и в прикладном аспекте сформулировали основные принципы мягкой силы. Так, Дж.Най, дефинировал концепцию «мягкой силы» как «способность государств привлекать других на свою сторону, добиваясь поддержки собственной повестки дня в международных отношениях путём демонстрации своих культурно-нравственных ценностей, привлекательности политического курса и эффективности политических институтов».

Несистемное и непоследовательное использование отдельных элементов «мягкой силы» по трем ключевым направлениям, о которых его теоретики – культура, политические ценности, внешняя политика, никак не могут и не позволят добиваться желаемых результатов.

Институционально, на сегодняшний день в Казахстане можно указать несколько действующих институтов «мягкой силы» и публичной дипломатии: руководство Казахстана, МИД, казахские диаспоры и ирреденты, ряд международных казахстанских организаций, отдельные НПО, институты гражданского общества, «фабрики мысли», отдельные международные СМИ, ведущие университеты Казахстана.

Нужно четко отличать меры по созданию позитивного имиджа, образа государства и мягкую силу.

Позитивный имидж создается естественно, на основе экономических, научных достижений страны,  уровню развития культуры, науки, взвешенной внутренней и легитимности внешней политики и тп. Конечно, если естественные успехи страны еще и подкрепляются системными усилиями привлеченных страновых имиджмейкеров – признанных отечественных и зарубежных политических специалистов-консультантов по вопросам построения национального бренд-имиджа государства, национальной идентичности и репутации, то это эффективно вдвойне.

Конечно, деятельность по созданию бренда Казахстана началась естественным образом с момента обретения независимости, когда перед государством встал ряд масштабных задач: от перестройки экономики и трансформация политического устройства до формирования всего комплекса государственных институтов. Но сейчас мы видим, что большинство зарубежных журналистов, пишущих о Казахстане, все еще пользуются стандартным набором стереотипов.

Мягкая сила Казахстан имеет свои естественные пределы, горизонты которых мы пока еще сами не знаем, поэтому надо взвешенно, глубоко и системно проанализировать выбор целевых аудиторий и методов ее трансляции.

Казахстан, как и другие государства, желающие повышать уровень собственной геополитической субъектной, может путем своего культурно-образовательного потенциала обеспечивая эффективность инструментов мягкой силы в долгосрочной перспективе. Повышение значения образования в инструментарии мягкой силы на международной арене происходит в связи изменяющимся современным мироустройством, где конкуренция приобретает ментальное, культурно-цивилизационное измерение, с акцентом на культурном влиянии, на создании привлекательного образа государства. И культурно-образовательные программы – одни из наиболее часто применяемых и эффективных.

Обучение иностранных учащихся, студентов сопровождается распространением языка, ценностей, гуманитарных традиций и мировоззрения того государства, в котором студенты обучаются. 

Предоставление образовательных услуг иностранным студентам является одним из важнейших ресурсов (инструментов) «мягкой силы» государства. Главное преимущество предоставления образовательных услуг перед другими политическими, экономическими инструментами – возможность влиять на формирование ценностей и мировосприятия граждан других стран, то есть борьба за умы будущих элит соседних.

Уже аксиома, что образовательные обмены выступают основной площадкой установления и развития контактов на человеческом уровне. Так ряд зарубежных исследователей отмечают, что реализация обменных образовательных программ приводит к формированию долгосрочных связей на уроне обществ, и что речь идёт, в первую очередь, о привлечении студентов в передовые и престижные специальности, которые позволяют надеяться, что со временем они займут ведущие позиции в политических и деловых кругах своих стран. Таковыми могут быть ведущие национальные университеты Казахстана, Назарбаев Университет. Ясно, что высшее образование любой страны, в данном случае Казахстана, может выступать эффективным инструментом «мягкой силы» лишь в том случае, если вузы их предоставляющие отвечают критериям качества.

Соответственно, предлагаются следующие РЕКОМЕНДАЦИИ

1) Организация Институт изучения Центральной Азии в Казахстане.
Привлекать туда в первую очередь специалистов не столько со знанием английского языка, а со знанием языков региона, с постоянным полевым регулярным опытом. Так как главные внутри- и внешнеполитические векторы и смыслы проговариваются интеллигенцией, смыслопроизводящей корпорацией любых стран, в том числе экспертно-аналитическим сообществом, прежде всего, а в большинстве случаев, исключительно, для собственной аудитории на родном, национальном (государственном), этническом языке. Пытаться понять внутреннюю динамику развития региона и стран лишь по сообщениям и СМИ, либо в периодических научных и иных изданиях  на русском и английском языке, как минимум недальновидно. В штат института на системной основе привлекать исследователей, аналитиков (политологов, экономистов, социологов) из Узбекистана, России, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана, Афганистана на основе годичных контрактов, с возможностью продления.

2) Организация и запуск международного проекта "Центры Абая" (у автора есть детальная программа реновации и системной, детально проработанной организации этого проекта, но здесь ограничимся основной информацией).

Сегодня Казахстану необходимо детально сфокусироваться в развитии и продвижении в культурном и информационном пространстве. Важным является развитие именно культурной и духовной сферы общества, так как от этого зависит насколько тщательно и эффективно обеспечивается культурная, идеологическая и информационная безопасность страны.

Проект «Центр Абая». Это сеть международных культурно-образовательных центров, создаваемых Казахстаном по распространению казахского языка и культуры за рубежом, в том числе совместно с зарубежными казаховедческими центрами по образцу Институтов Гете, Институтов Конфуция, Центров Сервантеса и др. 

Цель и миссия проекта:

  • Формирование в сопредельных (пограничных) странах, и в дальнем зарубежье благоприятной, лояльной к Казахстану среде, общественного мнения;
  • Проведение научно-просветительских и образовательных мероприятий, направленных на продвижение казахского языка и культуры;
  • Популяризация ценностей и традиций современного полиэтничного Казахстана, богатой истории Казахстана, его современных политических, экономических, социальных достижений;
  • Обучение, разработка и принятие экзаменов по казахскому языку, признаваемых на международном уровне стандартов преподавания казахского языка как иностранного и прием экзаменов по стандартам, установленным институтами казахского языка;
  • Поддержка научных исследований по казахстанике;
  • Поддержка международного сотрудничества в области культуры, межэтнического и межконфессионального согласия;
  • Формирование за рубежом комплексной картины Казахстана через информирование о культурной, общественной и политической жизни;
  • Поддержка межкультурного диалога, укрепление структуры гражданского общества и развитие мобильности;
  • Поддержка общественных, академических, образовательных организаций, занимающихся проблематикой, связанной с казахским языком, историей и современными достижениями Казахстана, его ценностей;
  • Взаимодействие с казахскими диаспорами и ирредентами, содействие установлению климата межэтнического уважения и мира;
  • Создание системы экспертного обеспечения гуманитарного измерения внешней политики Казахстана;
  • Создание научных, экспертно-политических каналов развития двусторонних отношений с зарубежными странами и международными организациями;
  • Продвижение экспорта казахстанских образовательных услуг;
  • Развитие международных связей регионов Казахстана;
  • Содействие экспертным, научным и образовательным обменам;
  • Поддержка казахскоязычных СМИ и информационных ресурсов за рубежом;
  • Поддержка казахскоязычных сайтов, создаваемых за рубежом.

3) Активизация деятельности KazAID, организации, созданной в Казахстане по образцу ведущей американской организации USAID. KazAID был создан на основе принятия Закона Республики Казахстан от 10 декабря 2014 года "Об официальной помощи развитию", в котором была заложена, цитирую, «институциональная основа системы ОПР Республики Казахстан, которая состоит из Министерства иностранных дел Республики, оператора в сфере ОПР (Казахстанское агентство содействия международному развитию "KazAID")».

KazAID – по замыслу, это организация-проводник мягкой силы Казахстана. Указ Президента Республики Казахстан от 31 января 2017 года №415 «Об утверждении основных направлений государственной политики Республики Казахстан в сфере официальной помощи развитию на 2017-2020 годы».

Целью в этом документе было указано «определение основных целей, принципов и направлений, которых следует придерживаться Республике Казахстан для укрепления своей позиции в качестве донора, повышения узнаваемости и эффективности оказываемой помощи развитию и выполнения своих международных обязательств. В соответствии со Стратегией "Казахстан 2050" это позволит укрепить доверие к Казахстану и продемонстрировать его приверженность решению глобальных и региональных проблем.

В документе четко указано, что, цитируем: «Наибольшие сравнительные преимущества Казахстан имеет в области технических и организационных знаний и опыта, накопленных его экспертами. Повышение человеческого и институционального потенциала, оказание основных услуг и применение передовых технологий являются одними из наиболее важных условий для развития. Именно поэтому особый акцент в политике Казахстана в области помощи развитию делается на обучении, передаче знаний и обмене опытом. Национальные семинары, а также образовательные и учебные заведения могут играть ключевую роль в наращивании такого потенциала стран-партнеров. В частности, Казахстан может предложить свои ноу-хау в сферах экономического и социального развития (включая области образования и здравоохранения), сельского хозяйства, управления водными ресурсами, охраны окружающей среды и реформирования государственного управления».

За указанный период KazAID, насколько можно судить в сообщениях СМИ, оказана следующая помощь. Представителям 32 африканских стран были предоставлены услугу в Казахстане по повышению квалификации и знакомству с передовым казахстанским опытом: услуги по  передаче передовых казахстанских технологий в здравоохранении, передовых казахстанских технологий в сельском хозяйстве, в нефтегазовой. Акцент, исходя из приоритетов и актуальных геополитических векторов развития Казахстана, и стоящих перед ним вызовов и рисков, нужно все же сместить из важного, но далекого Африканского континента в регион Центральной Азии.

Поэтому, уже уже сейчас надо закладывать на следующий учебный (академический) год:

4) Гранты на поездки школьникам из государств Центральной Азии и России. Для детей старшего школьного возраста из государств ЦАР и России ежеквартальное выделение 5 государствам – Узбекистану, Кыргызстану, России, Туркменистану, Таджикистану по 25 грантов (на 25 детей) на поездки для посещения для начала гг.Алматы и Астана,  с продуманной образовательной, прежде всего, а лишь затем с культурной программой. Грант традиционно должен покрывать приезд-отъезд, проживание, питание, медицинскую страховку, а также наличие двух сопровождающих взрослых-кураторов  из каждой страны. Отбор детей должен проходить на основе сочинений «Мосты дружбы», которые могли бы проводиться нашими дипломатическими миссиями в этих странах. При условии запуска программы, только по итогам за первый год мы бы имели как минимум 400-500 семей в каждой стране, которые имели бы о Казахстане собственное, пусть и основанное на краткосрочном посещении, представление, имели бы эмоциональную привязанность через впечатления своих детей к Казахстану. Соответственно, с ростом программы будет экспоненциально расти и количество семей.

5) Гранты на обучение в ведущих организациях среднего образования Казахстана - школах «Назарбаев Интеллектуальных Школ», школах сети «Дарын», школах сети «Білім Инновация Лицейі» для учащихся из государств ЦАР и России, по 5 грантов для каждой страны, с размещением их в 16 регионах сетей этих школ, с обеспечением проживания в общежитиях указанных образовательных сетей, питания, медицинским обеспечением. На выходе Казахстан имел бы выпускников, имеющих глубокое представление о Казахстане, его самобытной культуре, истории Казахстана, традициях, образовании, лояльных к Казахстану граждан соседних стран, знающих и, в идеале, любящих казахский язык и культуру, будущих послов дружбы в своих странах.

6) Гранты на обучение в вузах и колледжах Казахстана. Ежегодное выделение 20 грантов для абитуриентов из государств ЦАР и России (в совокупности 100 грантов) на обучение в организациях среднеспециального и высшего образования Казахстана по ведущим и престижным специальностям. Казахстан уже имеет опыт выделения значительного количества грантов на обучение в вузах страны иностранных студентов. Так, 1000 мест студентам из Афганистана было выделено несколько лет назад, не без фактора США. К сожалению, на этом наша «щедрость» на оказание образовательного экспорта – закончилась. Соответственно этот инструмент мягкой силы далее в таком объеме не применялся.

7) Гранты на послевузовское образование в вузах и научных организациях Казахстана. Ежегодное выделение 6 грантов на каждую страну (государства ЦАР и РФ) на обучение в магистратуре и PhD-докторантуре ведущих казахстанских вузов (в сосокупности – 35 грантов).

8) Организация и запуск Программы студенческих, научных обменов, научных стажировок, постдокторских программ в Казахстане под названием «Farabi Exchange» (по образцу европейской программы Erasmus и американской Fulbright). Оператором может выступить ЦМП «Болашақ».

9) Иные стипендиальные, обменные образовательные и научные программы.

Как видим, предложенные конкретные шаги, при высоком уровне организации и системном походе, могут стать эффективными и относительно малобюджетными механизмами использования казахстанской мягкой силы, которые работали бы пока во все еще благоприятной внешней среде, как в Центральной Азии, так и в целом в Евразии.

Есть еще важные направления, ниши, которые «пока не заняты» и не вошли (по крайней мере публично) в ареал воздействия мягкой силы. Это – исламские религиозно-теологические образовательные центры в каждом государстве Центральной Азии.

Да, есть классические, имеющие многовековой авторитет, давшие мировой исламской мысли многих ученых-теологов центры как Бухара и Самарканд. Но они, в силу разных субъективных и объективных причин, пока не стали вновь таковыми.

В условиях роста религиозности, своего рода ренессанса ислама, числа практикующих мусульман, и попутно таких негативных ее последствий в виде радикализации ислама (или как предложил другой термин казахстанский исследователь Асылбек Избаиров – исламизации радикалов), пока ни одно государство Центральной Азии не может сказать или предложить, либо заявить о своем лидерстве в религиозном образовании и подготовке кадров для исламских конфессиональных учреждений. Между тем это важный, пока нераскрытый ресурс мягкой силы в Центральной Азии.

Другая ниша – это общее культурно-историческое наследие народов Центральной Азии, но ориентированные на новые, понятные и принимаемые новыми поколениями, форматы преподнесения и использования.

Но это тема заслуживает отдельной статьи.

 

Мухит-Ардагер СЫДЫКНАЗАРОВ

Автор:
Мухит-Ардагер СЫДЫКНАЗАРОВ

директор Института современных исследований при ЕНУ имени Л.Н.Гумилева, к.ф.н., PhD доктор политологии

 

Resusrs Resurs Facebook Twitter Google Plus Youtube Instagram Linkedin VKontakte

ТОП-5 месяца

    Реклама

    социальная

    рекомендация

    коммерческая