Казахское ханство: ликвидация или распад?

Каким годом датировать ликвидацию или распад Казахского ханства? Почему Алихан Букейхан уставы 1822 и 1824 годов о казахах Среднего и Младшего жузов оценивал как грубое и одностороннее нарушение Российской империей условий вхождения Казахского ханства под её протекторат, а объявление казахских земель государственной собственностью - аннексией? Как вернуть на родную землю останков хана Кенесары?

Алихан Букейхан был и остается едва ли не первым казахским учёным, исследовавшим историю Казахского ханства с момента его образования в третьей четверти XV века вплоть до его исчезновения с политической карты мира в середине ХІХ века.

«Обычная борьба между чингисидами за власть и уделы решались при непременномъ вмешательстве сильнейшихъ тюркскихъ племенъ, сыгравшихъ деятельную роль при распаде улусовъ Джагатая и Джучія. Въ половине ХV веке на развалинахъ упомянутыхъ улусовъ выступили на историческую сцену въ виде самостоятельной политической силы тюркскія племена, впоследствіи вошедшія въ степныя области подъ именемъ киргизовъ. Пользуясь слабостью власти узбекскаго хана Абулхаира, отъ него отложились со своими приверженцами султаны-джучиды Гирей и Джаны-Бекъ, которые, благодаря вражде къ Абулхаиру - джагатаиду моголистанскаго хана Иса-Буги, нашли пріютъ на западе его улуса, на реке Чу и положили основаніе союзу кочевниковъ, получившему впоследствіи названіе «киргизъ-казаковъ» (кайсаковъ). После смерти Абулхаира въ третьей половине четверти ХV века въ его улусе усилились среди чингисидовъ обычныя усобицы за власть. Кочевникамъ, тяготившимся всегда враждою своихъ властителей, стало невмоготу оставаться въ Узбекской орде. Большая часть кыпчаковъ присоединилась къ союзу киргизъ-казаковъ, увеличивъ число ихъ до 200.000. При сыне Джаны-Бека Касымъ-хане (умершемъ въ первой четверти ХV века) союзъ киргизъ-казаковъ, принявъ къ себе кочевые народы восточной половины джагатайскаго улуса, насчитывалъ более миллиона населенія. Касымъ-ханъ, объединивъ весь киргизскій народъ, располагалъ огромной военной силой», - писал в 1903 году Алихан Букейхан  в очерке "Исторические судьбы Киргизского края и культурные его успехи", написанном совместно с двумя соавторами.

Эти утверждения об истории образования Казахского ханства сегодня уже стали аксиомой.

Алихан упорно и последовательно изучал и исторические события периода с 30-х годов XVIII века до конца XIX века, приведшие к вхождению Казахского ханства под протекторат Российской империи с последующей ликвидацией казахского ханства и превращением его в колонию. В целом, важно заметить, что сочинения Алихана являются в буквальном смысле летописью борьбы казахов за возврат незаконно аннексированных территорий и восстановление национальной государственности, утраченной вследствие принятия уставов 1822 и 1824 годов, ликвидировавших ханскую власть в Казахстане и внедривших русскую колониальную систему территориального управления.

В частности, изучив историю и условия вхождения Казахстана под протекцию русской империи на основе подлинных документов и архивных материалов, лидер движения Алаш приходит к выводу, что Казахское ханство не завоёвано русской империей, следовательно Казахстан не являлся колонией России ДЕ-ЮРЕ – по условиям соглашения о протекторате, но стал ею ДЕ-ФАКТО.

Ликвидация Россией в 1822 и 1824 годах казахской государственности путём ликвидации ханского института государственного управления и насаждение на всей территории Казахстана своей колониально-административной системы, по убеждению Алихана, являлось ничем иным, как незаконным вмешательством России во внутренние дела Казахстана, грубейшее, вопиющее и одностороннее нарушение Россией условий добровольного вхождения Казахстана в протекторат. Объявление же Россией всей территорий Казахстана собственностью русской казны Алихан оценил как аннексию.

Изучив содержание писем и грамот в части предусмотренных в них условий вхождения казахских ханств в протекторат России, А.Букейхан внимательно отслеживает и все последующие действия власти русской империи. Речь идет о так называемых «уставах» о сибирских и оренбургских казах-киргизах 1822 и 1824 годов, с которых, собственно, и началось усиленное внедрение колониальной административной системы сначала в Среднем жузе, затем в Младшем.

Исторические факты свидетельствуют: русская императрица Анна Иоановна грамотой от 20 февраля 1731 года согласилась принять казахов в подданство России на условиях, содержащихся в письме-просьбе хана Младшего жуза Абулхаира. Сперва обратим внимание на текст обращения хана Абулхаира к русской императрице, где, подчеркну, речь шла исключительно о протекторате. Хан Абулхаир исходил из принципа издавна сложившихся между чингизидами и вольными тюркскими кочевыми родами взаимоотношений, как это четко отмечено в очерке "Исторические судьбы Киргизского края и его культурные успехи", что «киргизы относились свободно къ своимъ султанамъ и ханамъ, признавая ихъ власть, пока ихъ интересы совпадали съ видами самоуправляющихся родовъ». Термин «подданство» мы находим лишь в грамоте императрицы Анны Иоановны от 20 февраля 1731 года. Соответственно во всех грамотах, которые отправлялись казахским ханам, речь непременно шла о «принятии в подданство». Казахские ханы, исходя из вышеупомянутого принципа взаимоотношений, подразумевали совершенно другой тип отношений: военно-политический альянс под патронатом более сильного союзника, из которого каждая сторона могла выйти в одностороннем порядке, если эти отношения перестали отвечать ее  интересам. К примеру, сперва процитирую письмо Абулхаира:

  1. «Великой государыне императрице нашей и предкам вашего величества всегда верно и справедливо служить обещаюсь.
  2. И когда указ в[ашего].и[мператорского].в[величества]. нам, Кайсацкой орде, будет идти на службу с российскими подданными башкирцами и калмыками вместе, в то число и повеленные места мы справедливостию своею пойдем.
  3. Кайсацкой орде на яицких казаков, на башкирцов, на калмыков и на всех российских подданных неприятельски не набегать, и убытков им не чинить, и жить с ними в миру.
  4. Когда российским подданным с купеческим караваном из Астрахании и прочих мест через нас, кайсаков, случится им куда ехать или и к нам, кайсаком, с караваном же прибудут, то нам худо б им не чинить, и от худых людей их защищать, и в надлежащих местах нам их препровождать.
  5. Из нашей Кайсацкой орды взятыя в полон от российских подданных возвратить, а впредь в полон не брать и взятых пленников от башкирцев и из России, кроме тех, которые приняли крещение, тех возвратить, и для верной повсяготной службы нашей в.и.в. против рабов вашего величества башкирцев и я ясаку по 4000 лисиц присылать обещаюсь, и во уверение того я, Абулхаир – хан, к сему листу печать свою приложил и посланца своего Бака-батура отправил».

Теперь обратим внимание на содержание грамоты императрицы Анны Иоанновны:

«Киргис-кайсацкой орды Эбулхаир хану, старшине, и всему кайсацкому войску вашего и. в. милость: Понеже мы, великая гдрня [государыня], наше и. в. из писания твоего Эбулхаир хана, чрез посланцев твоих Кутлумбетя Коштаева, да Сеиткула Кундангулова усмотрели желание твое со всем твоим владением быть в подданстве нашем и с подданными российскими, с башкирцами быть в миру; а те посланцы твои Эбулхаир хана словесно здесь доносили, что желаешь ты, хан, с войском кайсацким быть в подданстве у нас на следующих пунктах: первое, обещаетесь нашему и. в. служить верно и платить ясак так, как служат башкирцы. Второе, чтоб от подданных российских обид и разорения вам никакого не было. Третие, ежели на вас, кайсаков,, будут нападать какие неприятели, чтоб вы могли от того нашим и. в. защищением охранены быть и счислять бы вас с подданными российскими. Четвертое, чтоб ясырей, взятых от вас башкирцами и прочими российскими подданными, вам возвратить, а вы обещаете взятых россиян отдать и с башкирцами и с калмыками быть в миру. И мы, великая государыня, наше и. в. тебя киргис-кайсацкого Эбулхаир хана, старшину и все киргис-кайсацкое войско пожаловали, повелели по прошению вашему принять вас в подданство на вышеизображенных требуемых вами пунктах».

Это грамота юридически закрепила начало вхождения Казахского ханства под протекторат Российской империи. 10 октября 1731 года хан Абулхаир принял присягу в верности императрице от имени подвластных ему казахов.

Окончательно уточненными условиями соглашения о протекторате Казахского ханства являлось следующее: казахи обязывались сохранять верность императрице и ее наследникам, согласились на ограничение внешнего суверенитета ханства, обязывались не нападать на торговые караваны и других подданных России, вернуть пленных, платить подати [налоги], выделять в аманаты детей ханов и султанов.

В свою очередь, принимающая под свою протекцию сторона в лице России, обязалась - обратите внимание - «охранять своих новых подданных от внешнего нашествия и притеснения». Очевидно, что в условиях соглашений не предусматривалось право России вмешиваться  во внутренную политическую жизнь казахов, не говоря уже о покушении на земли и территорий казахов. Переговоры носили добровольно-договорный характер, пусть даже при фактически неравноправном положении договаривающихся сторон. В итоге Казахское ханство вошел в подданство России, юридическим признанием чего явились торжественные клятвы ханов, султанов, родовых вождей, народных биев и батыров в верности ей.

С государственно-правовой точки зрения, по условиям соглашений формой зависимости Казахстана от России являлся протекторат. Юридическим критерием протектората является ограничение суверенитета протежируемого государства, в частности, Казахские ханства потеряли самостоятельность во внешней политике, перестали быть субъектом международно-правовых отношений. Но, в то же время, протекторат предусматривает сохранение для государства-протектората внутреннего самоуправления, тогда как уставами 1822 и 1824 годов, политико-административными реформами 1867-1868 годов, а также положениями от 1886 и 1891 годов, как в этом убедился А.Букейхан в своих исследованиях, русская империя грубо и безаппеляционно нарушила односторонне все условия вхождения Казахстана в подданство империи.

Государственно-правовые отношения Казахстана с Россией в 1731-1824 годах можно характеризовать также как отношения вассальной зависимости. Критерием вассальной зависимости являлось принятие вассальной присяги и клятвы со стороны казахских правителей и предоставление заложников – аманатов, что и было осуществлено.

Юридически отношения ханств Младшего и Среднего жузов с Россией до 1822-1824 годов воспринималось двояко – российской стороной как «подданство», казахской стороной – как протекторат. Но при любом раскладе - в соглашениях не было ни слова о превращении Казахского ханства и его территорию в неотъемлемую часть России.

Казахское ханство существовало как вассальное государство и русская империя вплоть до 20-х годов ХIX века все сношения с казахскими правителями осуществляла через свою коллегию иностранных дел.

Об этом свидетельствует переписка хана Среднего жуза Букея с управляющим министерством и присутствующего в государственной коллегии иностранных дел графа Карлом Несельроде от октября 1817 года, опубликованная Алиханом в 1901 году. Однако ещё раз подчеркну: с государственно-правовой точки зрения, вассальный статус казахских ханств сохранялся лишь до отмены института ханств, курултая родовых вождей и народных биев, ханских советов.

Дальнейшие реформы, проводившиеся колониальной империей в Казахстане, имели конкретную задачу «добиться слияния киргизских степей с прочими частями России». Особый интерес представляет политико-административная  реформа, проведенная русскими в Казахстане в 1867-1868 годах, которая привела впоследствии к значительным изменениям в социальной, политической и правовой  жизни казахского общества. Новая система управления расшатывала общинно-родовой уклад жизни кочевников, ограничивала власть торе-султанов, родовых вождей и народных биев. Осуществление реформ 1867 и 1868 годов привело к ослаблению влияния степной аристократии, что отразилось в их правовом, экономическом и политическом положении.

Именно на этом вопиющем факте акцентировал все свое внимание в своих сочинениях Алихан Букейхан и именно этот факт стал основным мотивом и смыслом его борьбы как лидера национально-освободительного движения Алаш. Он также подробно изучил исторические объективные и субъективные причины того, как некогда могучее Казахское ханство, потеряв единство и, соответственно, могущество, попало в колониальную зависимость без каких-либо признаков сопротивления. В частности, лидер Алаш разыскал переписку казахских ханов, султанов, родовых вождей и биев с представителями Российской империи, часть которой позже опубликовал в газетах и сборниках под заголовками «Изъ переписки хана Средней Киргизской орды Букея и его потомковъ», «Изъ бумагъ султана Большой Киргизской орды Сюка Аблайханова» и «Изъ переписки Киргизскихъ хановъ, султановъ и пр. пр.».

Обнародование этой переписки свидетельствует о том, что лидер казахов вину в потери казахским народом национальной государственности, вместе с ней и собственных территорий, видел не только в нарушении Россией условий вхождения казахов в протекторат, но и в фатальных ошибках казахских правителей - ханов. В результате критического и беспристрастного анализа всех этих документов, Алихан Букейхан приходит к очень важным историческим и, главное, политическим выводам.

Главной причиной потери казахами своего единства и независимости он увидел в неспособности прежних правителей-ханов объединить подвластные им роды и жузы перед лицом даже смертельно опасного врага – джунгар.

«Большинство из прежних правителей, – писал Алихан Букейхан, – тратило время и силы на интриги, насилия и распри между собой».

Поэтому он, как их потомок, испытывал глубокое чувство вины перед своим народом. Он взял на себя всю вину и ответственность за ошибки и промахи своих предшественников, из-за которых гордый, свободолюбивый, самобытный и многомиллионный конно-кочевой народ, без каких-либо признаков борьбы, попал в рабство. И свои слова «потомок хана имеет непреходящий долг перед казахами, и, пока я жив, не перестану служить казахам», лидер движения «Алаш» произнес с полным осознанием своей ответственности. И с этого момента, А.Букейхан начал отчаяную и бескомпромиссную борьбу за возврат своему народу собственных же земель и восстановление status quo Казахстана.

Так в 1911 году в санктпетербургской газете «В мире мусульманства», Алихан с горечью писал: «Не прошло ста летъ со времени принятія всемъ казахскимъ народомъ подданства Россіи* (*Малая Орда вступила въ подданство Россіи въ 1731 году при хане Абулхаире; Средняя – въ 1781 году при хане Аблае.), какъ все земли этого полукочевого народа стали собственностью казны. Въ 1868 году издается законъ, гласящій: «...земли, занимаемыя кочевьями, все принадлежности сихъ земель, а въ томъ числе и леса, признаются государственною собственностью»** (**Ст. 119 Степного Положенія, изданнаго въ 1891 году.). Законъ этотъ, несмотря на всю его важность и серьезное значеніе для целой народности, спроектированъ былъ келейнымъ образомъ въ петербургскихъ канцеляріяхъ и получилъ утвержденіе не только безъ согласія этого, считавшаго дотоле себя полновластнымъ хозяиномъ своихъ земель, народа, но и безъ предварительнаго выслушанія его представителей. Обезземеливъ весь казахскій народъ, законъ этотъ предрешилъ судьбу казахскаго скотоводческаго хозяйства, а вместе съ темъ поставилъ на карту и самое существованіе несколькихъ милліоновъ нашихъ сородичей».

В одной своей статье в газете «Қазақ» от 1913 года, ее автор Қыр баласы (Сын степей – псевдоним Алихана) подробно изложил суть отдельных статей положения от 25 марта 1891 года, касающихся казахских земель: «25 марта 1891 года для казахов Семиреченской, Семипалатинской, Акмолинской, Тургайской и Уральской области как закон вышло «Степное положение»... В 119 статье этого закона [положения] говорится: «земли, занятые кочевыми казахами, объявляются казенными». В 120 статье сказано, что «эти земли передаются в бессрочное пользование кочевым казахам». В дополнении к 120 статье говорится, что «излишки земель, находящихся в пользовании казахов, будут изъяты в пользу казны»... При изъятии излишков земель у казахов в пользу мужика в вышеупомянутых 5 областях, опираются именно на это дополнение».

По свидетельству того же Қыр баласы, в положение «Об управлении Туркестанским краем» от 2 июня 1886 года в 1911 году было внесено такое же дополнение, позволяющее изъятие «излишков» земель теперь и у туркестанских казахов: «В 279-й статье этого положения не было ни слова об изъятии у казахов излишков земель. Если бы этот закон остался без изминений, в Туркестане земля казаха не отбиралась бы в пользу мужика. В 1911 году правительство в ІІІ-ю Думу внесло законопроект о дополнении в статью 279 [«Положения об управлении Туркестанским краем»] длиною в две строчки, где сказано: «В Туркестане в случае обнаружения излишков земли у казахов, казна обязана изъять их в свою пользу... Таким образом казахов Туркестана постигла та же участь, что и казахов Семиреченской, Семипалатинской, Акмолинской, Тургайской и Уральской областей. Теперь при изъятии земли у казаха в Туркестане будут размахивать законом. Это тот самый случай, когда сильный творит произвол над слабым».

Даже после принятия всех этих положений по управлению казахскими Степным и Туркестанским краями, многие территории, ныне перешедшие под юрисдикцию Российской Федерации, целиком или в подавляющем большинстве оставалиось в пользовании казахов. Однако подобная картина катастрофически меняется с приходом в правительство реакционного премьер-министра Петра Столыпина.

Например, вплоть до начала ХХ века более 80% территорий Омского уезда Акмолинской области Степного края, ныне Омской области Российской Федерации, занимали казахи, и неудивительно, что они эти земли считали своей собственностью, доставшейся кровью многих поколений предков.

Этот факт четко зафиксирован в ХІ томе «Материалов по Киргизскому землепользованію, собранныхъ и разработанныхъ экспедиціей по изследованію степныхъ областей» под руководством Ф.А.Щербины. Замечу, что Алихан был участником этой экспедиции, исследовавшей в 1896-1901 годах 3 области Казахского степного края, в том числе и Омский уезд.

Так в разделе «Общій очеркъ Омскаго уезда» материалов «экспедиции Щербины» констатируется следующий факт: «Изъ пяти уездовъ Акмолинской области Омскій уездъ по площади занимаетъ последнее место: на его долю, по сведеніямъ Акмолинскаго Областного Правленія, приходится 41.048,9 квадратныхъ верстъ, или 4.269,166 десятинъ, что составляетъ всего 8,5 % территоріи области. По другимъ даннымъ, принятымъ Экспедиціею, площадь уезда несколько больше, а именно – 4.856,569 десятинъ. Изъ этого количества 937,405 десятинъ приходится на землю Сибирскаго казачьяго войска и на такъ называемую 10-верстную полосу: 136,568 десятинъ находится подъ переселенческимъ и запасными участками: 302 десятины отчуждены подъ Сибирскую железную дорогу и 936 десятинъ составляютъ единственное владеніе казны. Такимъ образомъ, въ пользованіи казаховъ находится 3.709,458 десятинъ (!)».

karta kaz hanstvo

«Карта Киргизскаго землепользования и пастбищныхъ районовъ. Омскій уездъ. Изследованиіе 1901 года», составленная экспедицией по Киргизскому (Казахскому) землепользованію под руководством Фёдора Андреевича Щербины в 1901 году и опубликованная в ХІ томе материалов экспедиции (Омск, 1902 г.). В карте участки земель, занятые казачьими и переселенческими поселками крестьян, выделены белым цветом, все остальные части Омского уезда, выделенные светло-зеленым и темно-зеленым цветами, целиком находились в пользовании казахов.

С началом «столыпинской земельной реформы» в имперском правительстве и даже в Государственной думе заговорили о необходимости применения в отношении казахов «опыта» завоевания Америки, о чём свидетельствует автор исторического очерка «Киргизы» Алихан Букейхан, в изданном сборнике «Формы национального движения в современных государствах» (1910 г., СПб.):  «...Чтобы устроить в казахской степи наибольшее количество переселенцев, нельзя не удивляться торопливости депутата Маркова 2-го: в переселенческой комиссии государственной думы он заявил, что казахи (киргизы) – потомки орд Чингисхана и Тамерлана и что с ними нужно поэтому поступать так, как поступали с краснокожими в Америке».

Нелишне напомнить, что прежде чем заговорить о применении против казахов опыта над краснокожими, в недрах реакционного правительства П.Столыпина и Государственной думе, имперские власти законом от 3 июня 1907 года лишили 6 милионный казахский народ избирательных прав и думской трибуны.

Ещё ранее массированной атаке переселенческой колонизации подверглась Тургайская область, ныне территорий Костанайской, Актобинской, части Акмолинской областей Казахстана и Оренбургской области  РФ. Об этом утверждал Старый степняк (один из псевдонимов Алихана) в своей статье «Будущая пустыня», опубликованной в 1908 году в санктпетербургском журнале «Сибирские вопросы». В ней автор утверждал, что «лет 20 тому назад (т.е. 1888 год) огромная Тургайская область (418,000 кв. вер. пространства) находилась всецелом в пользовании казахов, занимавшихся, главным образом, скотоводством и в северной части области, в виде подсобного промысла – хлебопашеством», а «на севере кое-где были разбросаны редкие «заимки» крестьян, арендовавших землю у казахов». Первым этапом переселенческой колонизации Казахской степи, - уверял автор, - стала именно Тургайская область, особенно ее северные уезды – Кустанайский и Актюбинский.

«Въ данное время, - констатировал далее Старый степняк, имея в виду уже 1908 год, - въ Кустанайскомъ уезде количество русскаго и казахскаго населенія сравнялось уже; отрезано тамъ и въ огромномъ большинстве случаевъ заселено русскими и въ отдельныхъ случаяхъ немцами свыше 100 участковъ. Въ Актюбинскомъ уезде дело идетъ медленнее, но и тамъ отведено и преимущественно заселено около 80 участковъ».

Еще раз напомню, что вмешательство России во внутренние дела Казахстана, а именно ликвидацию института ханского правления и введение колониальной системы управления, лидер движения Алаш рассматривал как вопиющее и одностороннее нарушение Россией своих обязательств и условий вхождения Казахстана под протекторат, а объявление же всей территории Казахстана «собственностью русской казны» - он оценил как аннексию.

Так в одной статье, опубликованной в газете «Қазақ» незадолго до провозглашения Автономии Алаш, Алихан перечислял 9 областей, одну губернию и ряд районов Алтая, не входившие в тот момент в Усть-Каменогорский и Семипалатинский уезды Семипалатинской области, но издревле занятые казахами, которые, по его убеждению, являлись и остаются исконными, а по его собственному выражению, «прадедовскими» землями казахов. После образования Автономии Алаш, эти земли он провозгласил территорией, входящей под юрисдикцию казахской автономии Алаш. Далее в течение 1917-1920 гг. он твёрдо и последовательно отстаивал законное право своего народа на эти территории перед всеми самопровозглашенными всероссийскими властями, включая Сибирскую автономию, Комуч, Уфимскую директорию и др., а в 1920-1927 годах – перед вождями Советской власти. При этом глава (президент) Автономии Алаш Алихан руководствовался исключительно вышеперечисленными условиями добровольного вхождения Казахских ханств под протекторат России. Отстаивая право казахов на те или иные территории, он во главу угла ставил не этнический состав и численность населения этих территорий на текущий момент, чем единственно оперировали сперва всевозможные всероссийские правительства, затем и советская власть, а принадлежность этих земель своему полукочевому народу исторически и на законном основании.

Изъятие этих земель из собственности казахов и передача их в пользование переселенцев и продажа в собственность русским князьям и баронам, по глубокому убеждению лидера Алаш, являлось аннексией и грубым нарушением условий вхождения Казахстана под протекцию России.

Касаясь истории Казахского ханства в год 551-летия со дня его образования, ученые-историки явно не спешат уточнить дату его распада или ликвидации. Возникает закономерный вопрос: «Каким годом датировать ликвидацию Казахского ханства – 1822 или 1824 годом, когда были приняты уставы о Сибирских и Оренбургских казахах?»

Не углубляясь в тему, скажу, что датой не ликвидации, а распада Казахского ханства необходимо взять 1847 год, год гибели Кенесары Касымулы – последнего правителя единого Казахского ханства. Поскольку, как известно из сочинения Ермухана Бекмаханова «Казахстан в 20-40-х годах ХІХ века», в 1841 году единое Казахское ханство было возрождено, когда представители трех жузов избрали Кенесары Касымулы ханом. О возрождении Казахского ханства косвенно, но вынужденно признавали и ученые самодержавной России. Например, в вышеприведенном очерке «Исторические судьбы Киргизского края и культурные его успехи», который был издан в 1903 году в Санкт-Петербурге в многотомном сборнике «Россия. Полное географическое описание нашего отечества»,  мы найдем такие строки: «Въ сороковыхъ годахъ ХІХ века Киргизская степь въ последній разъ вспомнила старину. Внукъ Аблай-хана Кенесары Касымовъ, затмившій въ народныхъ сказаніяхъ славу своего популярнейшаго  деда, собралъ  несколько  тысячъ  наездниковъ изъ представителей недовольныхъ и, объявивъ себя возстановителемъ былого величія киргизскаго народа, пытался поднять подъ свое знамя весь киргизскій народъ... Благодаря этому обстоятельству Кенесары Въ теченіе 7 летъ (!) продержался господиномъ Киргизской степи, которую исколесили его приверженцы отъ Оренбурга до Каркараловъ, отъ Петропавловска до Туркестана».

Хан Кене пытался не просто восстановить единое-неделимое казахское государство с изжившим свой век ханским институтом государственной власти, а с вполне современными структурами государства, как система налогооблажения, казна (государственный бюджет), регулярная армия и т.д.

В этом можно убедиться, изучив труды историка Е. Бекмаханова о восстании казахов под предводительстом Кенесары, переизданные в годы независимости.

Например, один из русских офицеров, И.Ф. Бабков, в своей книге «Воспоминания о моей службе в Западной Сибири. 1859-1875», изданной в 1912 году в С.-Петербурге, писал о нём следующее: «Онъ возмечталъ возстановить ханское званіе въ Северной орде и для осуществленія этой цели, выступилъ открытымъ врагомъ Россіи и вновь введеннаго въ киргизской степи русскаго управленія. Отличаясь решительностью, энергіей, мстительностью и жестокостью къ побежденнымъ, Кенисара успелъ въ короткое время собрать около себя значительныя скопища».

Важно также обратить внимание на ряд исторических фактов. Во-первых, Российская империя предпринимала титанические усилия по уничтожению Казахского ханства во главе с Кенесары. Однако регулярная, профессиональная и вооруженная современными видами стрелкового оружия армия могущественной империи оказалась бессильной на протяжении 10 лет – с 1837 по 1847 годы – перед талантом Кенесары как полководца и государственного деятеля. Во-вторых, возрожденное под предводительством хана Кенесары единое Казахское ханство, просуществовашее в 1841-1847 годах, не было ликвидировано русской империей, оно распалось в связи с его трагической гибелью в 1847 году.

В заключение хочу особо подчеркнуть: история Казахского ханства так и останется неполной и недостоверной, пока не будут возвращены на родную землю останки Кенесары Касымулы - последнего казахского хана, и похоронены в национальном пантеоне в Астане с почестями, соответствующими его статусу главы единого Казахского ханства. Причем вернуть останки последнего хана необходимо в период правления Первого Президента Казахстана, в борьбе за независимость которого пал смертью храбрых Хан Кенесары. Этим актом Нурсултан Назарбаев заложил бы основу новой доброй традиции - традиции народа чествовать и почитать своих выдающихся правителей.

Ранее статья была опубликована в газете Central Asia Monitor

Султан Хан АККУЛЫ

Автор:
Султан Хан АККУЛЫ

PhD, директор НИИ «Алаш» ЕНУ имени Л.Н.Гумилева

Resusrs Resurs Facebook Twitter Google Plus Youtube Instagram Linkedin VKontakte

ТОП-5 месяца

    социальная
    рекомендация
    коммерческая